прим. редакции
За прошедшую неделю, только ленивый не вскричал о «потери власти монополии на насилие». И уже многие вспомнили Макса Вебера, утвердившего постулат, что потеря этой монополии в итоге приводит к краху такой власти и того государства, какое она представляет.
Немало сказано и о том, что Кремль сам взрастил тех, кто сегодня «вышел из под контроля» и пытается подменить собой силовиков с одной стороны и «террористов» с другой. Стоит прибавить сюда «внутренний конфликт элит» и социально-экономический, идеологический и культурный кризис, после чего общей вердикт — «заштормило, как никогда» — ни у кого не вызывает сомнения. Практическое отсутствие со стороны власти внятного ответа на ситуацию вроде бы такой вердикт только подтверждает.
Политолог Алексей Синельников отметил, что всё это «больше всего похоже на вышедшую из-под контроля агентуру на случайных ангажементах», верно, но это уже случившийся факт. И пора говорить о некой точке за которой обществу грозит переход в режим существования: «ты либо гопник, либо лох — иные тут без места».
Что происходит? какие видные и невидные «течения» столкнулись сегодня в России друг с другом, и в какую воронку это столкновение нас вот-вот затянет — всевозможные версии ответа на этот вопрос мы предлагаем вам рассмотреть в нашем традиционном обзоре от «АртПолитИнфо»
угрозы взрыва

В Москве были эвакуированы очередные три торговых центра из-за угрозы взрыва, 17.09.2017

Многие аналитики указывают одной из первопричин ситуации ощущение обществом «потери надежды на справедливость и правосудие». Стоит отметить, что «потеря справедливости» упорно взращивалась самой властью — сначала действующей согласно словам Цицерона «чем больше законов, тем меньше правосудия», а после вставшей на путь нарушения собственных же законов. В своей статье Артём Уточкин справедливо отмечает, что сегодняшнюю ситуацию спровоцировало крушение образа Путина (власти), одновременно и как «справедливого силовика» и как «хозяйственника», что уже изначально несёт в себе противоречие, так как «псевдокшатрийство (силовик) замешивается в одно тесто с хозяйственником-торговцем»:

Пропаганда представляет самого Путина как символа «справедливого силовика-хозяйственника». В этом симбиозе «силовик-хозяйственник» кроется одно из главных противоречий режима: когда псевдокшатрийство (силовик) замешивается в одно тесто с хозяйственником-торговцем. В противоречивом образе Путина как в капле отражается вся химерическая сущность правящей элиты… Политическая жизнь России с внешней стороны хоть и неизменна, но с внутренней — бурлит и меняется. Со временем люди стали понимать, что правящая элита не совсем эффективна, а образ «Путина-хозяйственника» рассыпается при столкновении с социальной реальностью. Постепенно власть стала просто «справедливой и сильной», а Путин стал показным консерватором с претензией, если не на мировой, то, хотя бы региональный проект русского мира. Людей все больше стали кормить рассказами о великом прошлом, которые вытеснили заботы о плохих дорогах и бедной жизни… Идеологически противоречие выражено в одной ёмкой фразе: «У нашего прошлого большое будущее». Апогеем «справедливости» путинского вектора стало «возвращение Крыма». С развитием интернета и, особенно, взрослением аудитории, которая не подсажена на зомбоящик, от власти постепенно стал отваливаться имидж «справедливости»… В целом, народ устал жить прошлым и появился серьёзный запрос на перемены, что и показали многочисленные митинги весной 2017 года. Так от власти осталась только «сила» — единственный, но самый важный фактор обеспечения жизнеспособности государственного института. Текущий этап существования режима самый интересный из всех предыдущих, так как на наших глазах государство теряет свой последний оплот — монополию на силу… До недавнего времени смешных и безобидных персонажей, поджигающих кинотеатры и угрожающих всем, кто против них (при этом власть не торопится называть их экстремистами и террористами), Кремль много лет взращивал собственными руками… К большой его неожиданности эти франкенштейны пошли против своих создателей. Ультраконсерваторы-державники-монархисты с путанной идеологической системой координат смотрят на нынешний режим как на слабаков. Растерянность власти проявляется в информационном замалчивании деяний Поклонской и Ко. В силу того, что столь радикальные действия представителей «державных православных» групп не были спрогнозированы Кремлем, то и не была подготовлена пропагандистская повестка, которая объясняла бы обывателям «логику» текущих событий. Абсолютное молчание, говорит о растерянности, так как власть ещё не привыкла к тому, что кто-то навязывает ей собственные правила игры…

Если подумать, то «утрата надежды на справедливость» по сути есть та же «утрата ощущения безопасности». что в своё время стало одной из причин падения СССР:

Общество пришло к осознанию того, что Советский Союз не защищает, и поэтому в 1991 году произошло то, что произошло…Юрий Горский, главный редактор «АртПолитИнфо»

 

 

Другой «стороной медали» сложившейся ситуации несомненно можно считать «конфликт элит», который чем дальше тем меньше возможно удерживать и регулировать внутри самих элит:

В общем, количество элитных конфликтов резко выросло, так что сразу несколько прорвались в публичное поле (а сколько ещё под ковром?). В информационном пространстве искрит так, как не искрило, пожалуй, с начала нулевых. И это не спор власти и оппозиции. Кажется, что раскалывается сама элита, которая все предыдущие годы чем-то цементировалась: путинским ли авторитетом, нефтяными ли деньгами, верой ли в благополучное будущее. Теперь цемент ослаб. Может быть, дело в предстоящих выборах президента, или в том, что ресурсов резко стало меньше, или просто обозлились от бесперспективности: санкции на годы, жить будем бедно, надежд на перемены нет (а сердца требуют). Говорят, Владимир Путин собирается начать предвыборную кампанию в октябре, и хочется посоветовать: начинайте уже скорее. Покажите и элите, и людям план реформ, программу действий, тот самый «образ будущего». Иначе этот образ будущего начнет формироваться в наэлектризованном, конфликтном обществе сам собой — и не факт, что он совпадет с планом Кремля… Дмитрий Колезев, публицист

Не стоит забывать, что власть долгое время считала, что успешно контролирует «народное волнение», путём фальстартов и создания ситуации в которой оппозиции невозможно взрастить себя до уровня необходимого, чтоб стать полновестным игроком на политполе. Возможно и сегодня Кремль полагает, что разыгрывает ту же партию. В книге «По тонкому льду» Фёдор Крашенниников описывает это следующим образом:

Путинское государство нашло универсальный рычаг решения всех своих проблем — передавливание ресурсом и ресурсное же изматывание. Они не хотят, чтоб оппозиция сидела тихо и систематически готовилась, в том числе и ресурсно, к чему-то, что может кончиться локальной или глобальной победой (например, такой победой мог бы стать хороший результат оппозиции на выборах в Московскую городскую думу). Власти выгодно навязать оппозиционным активистам бесконечный марафон изматывающих ситуаций…

Однако Александр Баунов справеливо замечает, что сегодня Кремль уже находится в ситуации ослабления «под напором собственных идей»:

Российский режим относится к тому типу, где дисциплина важнее согласия, а власть не нуждается в соавторах политической повестки и предпочитает принимать поддержку в пассивной форме подчинения и порядка. Время от времени власть старается ограничить чересчур самостоятельных патриотов — то пытается закрыть сайт «Спутник и погром», то ограничивает гранты байкерам и НОДу, дисциплинирует добровольцев Донбасса, оттирая самых непослушных… И то, что власть не способна дисциплинировать их сегодня, свидетельствует не о том, как ее идеи крепнут, а как она слабеет под напором собственных идей…Александр Баунов, главный редактор сайта Carnegie.ru

Публицист Димитрий Саввин предлагает интересный взгляд, согласно которому ситуацию с откровенно взбесившимися «православными» стоит рассмотреть отталкиваясь оттого, что советский менталитет имеет некий стереотип о «крутости кавказцев» с их моделью поведения, что в итоге приводит к желанию реализовать «моджахед, но только «русский» и «православный»:

У совейских сложился стереотип. Стереотип, прошитый в мозгу до самой подкорки: «Чечня — круто! Кавказ — круто!» Он и ненавидит, с одной стороны, этих кавказцев, а с другой, мечтает на них быть похожим. Надрывно мечтает, до визга, до мочеиспускания непроизвольного. Чтобы таким же быть крутым. Чтоб все боялись. Чтоб с традициями, и благочестиво, и брутально. Чтоб моджахед, но только «русский» и «православный». И вот на наших глазах эта тайная страсть вылилась вот в это: «Христианское государство Святая Русь»…Дмитрий Саввин, публицист

Отдельно стоит отметить, что власть (или скорее её отдельные мало скоординированные друг с другом части), по привычке пытается использовать распоясавшуюся «придворную гопоту» для того чтобы «утопить» (дискредитировать или «прижать» очередной статьёй) неугодных ей персон и движения. Описывая ситуацию, главный редактор «АртПолитИнфо» Юрий Горский справедливо говорит об особом «спросе на фантазийную продукцию», которую используют как «сигнал» об «угрозе происшествия, способного навлечь на Манежную площадь подобие украинского Майдана Незалежности»:

Рядовая пехота кремлёвской пропаганды, типа блогеров ура-патриотического разлива и авторов периферийных СМИ, нынче в тренде у аксакалов топовых информационных агентств, которые ради рейтингов не прочь безнаказанно разжечь всякого рода рознь. Поскольку на фантазийную продукцию нынче особый спрос. Теперь конспирологические измышления на тему «экстремизма и терроризма» пользуются «на ура» и публикуются пачками. Главное в этих публикациях упомянуть побольше имён людей, которым потом должно быть плохо от различных нападок спецслужб, что неустанным государевым оком выслеживают крамолу. А тут им бабах! и на блюдечке преподносят общественное негодование по тому или иному поводу, о том или ином человеке, которого следует, с точки зрения рядового пехотинца кремлёвской пропаганды, по следам экстремизма и терроризма приговорить к травле. А то, что в эту воронку подозрений утягиваются судьбы и репутации людей ничем и никак не причастных к тому или иному событию, то это, совершенно, неважно. Ведь главное, как Павлик Морозов, подать вовремя сигнал. Чтобы не допустить какого-либо происшествия, способного навлечь на Манежную площадь подобие украинского Майдана Незалежности…Юрий Горский, главный редактор «АртПолитИнфо»

Став персонажем такой «фантазийной продукции», человек или идея волей не волей оказывается тем самым, который «был не с ними», но «отвечать придётся». Цель подобного давления не просто «утихомирить в чём-то», а «утихомирить совсем», иными словами показать обществу — любая активность нынче наказуема, если она не та, что наказывает сама. В целом, в этой случае власть сама становится этакой «гопотой», использовающей любой способ  не только для устранения, но и для элементарной мести тем, кто пытается ей противостоять или тем, кому удалось оставить её «в дураках». Так, к примеру, она мстит сегодня Юрию Горскому, которому удалось, воспользовавшись некомпетентностью спецслужб, выехать в Литву, находясь в статусе обвиняемого по политической статье. Используя отряд своих подпевал, мастеров по подтасовкам и фальсификации, спецслужбы пытаются воспользоваться общим балаганом и выставить Ю. Горского чуть ли не сторонником «православных экстремистов-нацистов», игнорируя его реальные взгляды и действия. Показательно, что по схожей схеме, изменив лишь набор слов и тему, давят сегодня и режиссёра Кирилла Серебренникова, находящегося в идеологическом поле несколько на иной позиции, чем Горский. И в этом перед нами ещё один признак перехода общества в примитивное, но такое удобное для некоторых существование — «ты либо гопник, либо лох», иным в этой модели нет место, а идеология и прочие «глупости» уже совсем не имеют значения. В связи с этим вспоминается статья, опубликованная ещё в 2016 году (автор скрылся под ником Огюст Люмье), где было сказано:

Охранители — лишь симулякр общественного института. Иными словами, в реальности таких людей с такими взглядами не существует или их число крайне незначительно. Но собирая оплаченные группы статистов они умело симулируют большую социальную группу, мало того настоящий институт власти… Здесь, как считают многие, проходит та самая опасная черта, за которой государство с её институтами подменяется такими вот общественными структурами. Власть делится своими репрессивными правами, делегируя их несуществующим в реальности группам. Мало того, поскольку эти общественные движения симулякры — в своей идеологии они опираются на те простые архаичные представления о мире, которые, как им кажется, являются теми самыми «духовными скрепами» власти. Власть же напротив, пытается аккумулировать политическую повестку опираясь на общественное мнение, а оно представлено исключительно несуществующими общественными организациями. Круг замкнулся. Результат — существенное упрощение, схлопывание общественно-политического пространства. Или дегенерация, как мы понимаем процесс упрощения организации, связанный с исчезновением органов и функций. Действительно, многие государственные органы перестали нести хоть какую-то рабочую функцию, а зачастую переняли повадки общественников…

По мнению Валерия Соловья «государство само не очень радо, что инспирировало этот радикальный заряд, но справиться с этим уже не может»:

В России накопилось очень много ненависти, очень много обид, и поляризуется политическое противостояние. Этот процесс начался благодаря государственной политике. В последние годы она целенаправленно строилась на шельмовании, диффамации определенной группы общества, которая называлась «пятой колонной» или «14-ю процентами», теми, кто противостоит курсу. И в то же время госполитика строилась на любовном взращивании, пестовании вот такого сорта радикальных активистов самых разных мастей — от религиозных или псевдорелигиозных активистов до клубов байкеров. Даже если прекратить государственное финансирование этих людей (я допускаю, что это может произойти), мгновенно этот процесс не остановится. Есть определенная инерция, потому что возникли организации, эти люди получили определенный запал, уверовали в свою собственную безнаказанность. Государство передало часть права на насилие вот таким самочинным организациям активистов. Те, кто, условно, выступает на стороне этих активистов, «патриотов», видят, что никого из них не наказывают. А вот тех, кто против и попробует, допустим, выйти на пикет, могут «свинтить» в два счета — и потом доказывайте, что вы ни в чем не виноваты, что вы соблюдали закон и Конституцию. Государство, по-моему, сейчас само не очень радо, что инспирировало этот радикальный заряд, но справиться с этим уже не может. Здесь уже недостаточно прекращения поддержки, нужно предпринимать какие-то решительные шаги, но власти к этому явно не готовы… Валерий Соловей, доктор исторических наук, политический аналитик

Одним из элементов «игры» является одновременный выход за пределы очерченного властью поля некоторых политических или околополитических фигур, таких как Кадыров с его недавним демаршем «за мусульман из народа рохинджа» или таких как «крымская дева» Поклонская.  Аналитики видят в этом также примету «скорой окончательной потери властью монополии на насилие». Как пишет А. Уточкин:

Не менее показательным является факт суверенизации некоторых политических фигур во власти, которые имеют собственные силы и ресурсы борьбы с конкурентами внутри режима. Такая ситуация расщепления силового блока значительно ослабляют позиции власти в целом, и, в конечном счёте, с высокой вероятностью приведёт к окончательной потере монополии на насилие…

Сознательно ли действуют такие фигуры? не совсем понятно, некоторые считают, что «сидя в Москве» они просто не знают «где и как их слово отзовётся». Такая оценка кажется несколько запоздалой, но тем не менее она имеет место быть. В частности об этом твердит политолог Роман Романов:

Вообще, в уличные противостояния может вылиться что угодно: и жаркая дискуссия во дворе, и жаркая дискуссия в квартире, и, тем более, жаркая дискуссия в Интернете. А может и не вылиться. Но в нынешней ситуации действует вполне определенная общественная сила, и некоторые депутаты Госдумы имеют к этому прямое отношение, вольно или невольно участвуя в нагнетании разжигающих вражду настроений. Люди же, сидящие в Москве, не всегда понимают, как их слово отзывается за пределами их кабинета, в регионах. Не понимают, что есть много людей, которые только и ждут какого-то «подходящего» для себя сигнала. Это нужно понимать, но, боюсь, сейчас степень рисков осознают далеко не все…

Так или иначе, сегодня как никогда города России стоят перед возможностью реализации на своих улицах таких институтов, как, к примеру: «суд линча»

В экономике начались серьезные проблемы, народ затянул пояса, страна самоизолировалась от остального мира, вернулось понятие «осаждённой крепости». Думаю, власть поняла, что у представителей гражданского общества появились дополнительные козыри в руках — смотрите, в стране расцвет коррупции, народ ущемлён в своих правах, чиновники заняты собой. Народ стал прислушиваться, потянулся на улицы. Ответный ход — создание Росгвардии, почкование радикальных «летучих отрядов» из числа провластных и православных активистов, готовых к разнузданному и открытому террору над инакомыслием. Цель — запугать, распылить и принудить к бегству. Но надежды на то, что вернутся тучные годы, иллюзорны. В этой ситуации либо страну накроет волна экстремизма подворотен, либо власть опомнится и прекратит поощрять «суды Линча»…Виталий Черкасов, адвокат, правозащитник

Параллельно с судами Линча нас возможно ожидают «охранные дружины», этакие боевые отряды или ЧОПы, созданные теми и этими «политическими силами», как собственные мини-армии. В итоге каждому придётся подумать о самозащите. Так, по крайне мере видит развитие ситуации главред «Эхо Москвы»:

На мой взгляд, эти уличные акции являются спонтанными, но они, безусловно, провоцируются нежеланием власти бороться с этим уличным насилием. И это точно ответственность начальника Главного управления внутренних дел по городу Москве господина Баранова.Такое привело в свое время, в начале XX века к созданию отрядов самообороны, к созданию рабочих дружин, когда нападали на рабочих; к созданию еврейских отрядов самообороны, когда нападали на евреев. И я не исключу, что политические силы начнут создавать отряды самообороны или нанимать ЧОПы. И к чему это приведет на улицах города… Это приведет к тому, что государство, которое, должно иметь абсолютно монопольное право на насилие, оно это насилие передоверило гопоте и шпане. Но у нас есть право на самозащиту — у граждан, я имею в виду. И это право будет реализовано рано или поздно, скорее уже рано, чем поздно. Собственно говоря, если государство не защищает граждан от насильников, граждане имеют право, в том числе, по законам Конституции брать самозащиту в свои руки…Александр Венедиктов, главный редактор 'Эхо Москвы'

Впрочем, возможно всё проще — и власть не имея достаточно «хлеба» попросту переборщила со «зрелищем»…

modal_quad ×

Примечание

  • Публикация подготовлена редакцией сайта «АртПолитИнфо» // при составлении публикации использовались материалы из открытых источников
artpolitinfo_quad

обзор от АртПолитИнфо

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *